BlogsЗаписки публициста

Ноябрь-фэст

Ноябрь. Пришел-таки. И как всегда – толстоват и неуклюж. И желчный такой. Это мой ноябрь. К вам, может, другой ходит. Везет же кому-то. А тут такое каждый год является… И принимай его, размещай в своей голове и доме. И снова этот подлый диалог. Мало того, что опять без приглашения, так еще и не совсем ко мне… Депрессию ему мою подавай. Любофф у них.

  • Ауу, милая, готова?
  • Досыпаю, дорогой, погоди…
  • О нет, я соскучился, просыпайся и выходи побыстрее…

И все в таком духе. Хорошо еще, что депрессушка моя – барышня благовоспитанная и сразу на приглашение не соглашается. Ужимки, жесты, правила приличия, ожидание… Но потом-то она все равно выйдет… Я знаю. Я уже ругалась с ней неоднократно, грозила вышвырнуть на улицу. Не страшно ей, видите ли. С моим характером у них давняя дружба – все равно он ее назад впустит.

И, главное, периодически я пытаюсь в этот их диалог влезть. Нагло, но шепотом. Вдруг услышит кто из соседей. А потом и маму родную в палату только в специальные приемные часы пускать станут. Нет уж, спасибо. Я тихонько, я шепотом.

И не то, чтобы я надеялась им помешать, но слова-то какие дурацкие они подбирают. Как из школьных сочинений про детство Толстого. Румяные и толстые слова. Протиииивные. Хочется кофейку им предложить, плюшек каких-нибудь (ох уж эти стереотипы) – чтоб помолчали немного. Дали бы ушам отдохнуть.

Я им навязчиво так: “Уважаемые существа. Или вещества. Или явления. Нет, явление и состояние. В общем, чудики! Это ничего, что вы во мне прямо беседу беседуете? Не мешаю я вам?” Ну а в ответ, понятно, ноль в числителе и масса снизу. Болтают себе, любезничают. А у меня уже и мысли мои, скакуны, сбегать начали. Скучно им, видите ли, в таком обществе. Привередливые какие…

Раздражать начинает. Ну что, всех уговаривать надо? Я же – барышня, мне капризничать положено. А тут такое стадо пасть нужно. Еще и не выдать себя желательно. Люди вокруг разные… Мало ли.

И вот они наконец договариваются. Выходит моя барышня во всей красе. При ярком немодном макияже и в каких-то немыслимых кренолинах. Сколько я ей говорила… о прекрасном, о стиле там, тенденциях. Ноль. “Не так часто, -говорит, – в свет выхожу, чтобы на красоте экономить”. Ну глупая же. Выглядела бы получше, может, и маю бы какому приглянулась. И не так чтоб поматросить и обратно мне в голову засадить, а по-настоящему, навсегда. И бабе хорошо, и кобыле (мне то есть) легче. Но нет. Не суждена нам раздельная жизнь, видимо.

Гуляют они тоже шумно и безвкусно. Много пьют, пошло шутят, иногда даже де Труа с моим мозгом устраивают. Тогда совсем плохо. На мои запросы и позывные не реагирует вообще никто. Ушла из себя, вернусь, когда эти нагуляются.

Злить начинает. Не пойму, куда они во время своих ночных похождений раскидали все мои накопленные знания, опыт… Стержень мой (тот, который позвоночник для характера) погнули, – видать, снова в качестве пилона использовали. Извращенцы! Это же надо так… В живом-то человеке буянить. Остается только метать огненные взгляды и воздух в кулаках давить. Вроде как кислородного коктейля надавить себе хочется – дышится плохо. К горлу какой-то колобок подползает, комом себя величает. Хотя, как по мне, никакой он не ком. Так, комочек жалкий. А с ним еще чудо какое-то, на ежа похоже. Ну, это я себе так его представляю. (Не подумайте, не вижу я их.) Потому как колется он сильно. И в основном в кончик носа и уголки глаз. Изверг, одним словом.

Плакаться хочется. На этом месте всегда начинается тяжелый и бессмысленный полилог. Такой, как случается на кухне у пьяных и малознакомых людей. Похоже на старую жевачку. Душно и даже подташнивает. К моей отвратительной паре присоединяются воспоминания, обиды там всякие вылезают, неудовлетворенности воскресают. В общем, Хэллоуин после Хэллоуина. Нечисть пирует. Все скопить, скомкать, пережить заново и побольнее, обколоться тем самым ежикоподобным чудом и… реветь. Протяжно, долго. В душе. И в душе.

Все. Устала. Всем спасибо, больше не приходите, гости дорогие. Не люблю я вас. И это ведь взаимно, правда? Ну и до свиданьица. Еще встретимся, я так понимаю. Пока я что-нибудь противоноябрьское не изобрету. Обязательный отпуск, например. Или пилюли какие – самоутверждение, любовь к себе или еще что. Правда, они у таких натур с неустойчивой природой не усваиваются. И побочные эффекты могут вызывать. Головокружение от воображаемого успеха и сыпь самолюбования. Ну их. Одно другого краше. Поэтому пока все. Расти, работать над собой и не открывать двери хорошо знакомым негодяям. Особенно – желчным. Там впереди уже декабрь резвый машет и зовет на приключения. Правда, снова не совсем меня – одну только часть тела… Но это все хорошо, весело. Праздники, холодные пальцы, коробки с лентами и пушистые белки на голых ветках. Все будет тип-топ. Выдыхаааем.