LocalPeople

«Синяя птица» Люды Лопатиной-Соломон

Единственный в Чикаго англо-русский театр “Bluebird Arts” представляет спектакль «Старший Сын» (Elder Son) по знаменитой одноименной пьесе Александра Вампилова. Почему именно эта пьеса – классика советской драматургии –  оказалась в поле зрения русско-американского режиссера? Каково это – работать с англо- и русскоязычными артистами? Как возникла идея создания двуязычного театра? Обо всем этом нам рассказала режиссер спектакля и основательница театра “Bluebird Arts” Люда Лопатина-Соломон.

Люда, расскажите немного о себе. Вы учились в знаменитом ЛГИТМиКе. Закончили там же аспирантуру, работали. Как вы оказались в Чикаго? Не секрет, что многие русские актеры и режиссеры вынуждены заниматься в иммиграции чем угодно, кроме своей любимой работы. Вам же удалось сохранить профессию и стать американским режиссером и педагогом театрального искусства.

Меня пригласили в Чикаго мои близкие друзья. Сергей Камеристый – талантливый актер, режиссер и художник – и Лена Мельник – замечательная актриса. Мы все выходцы из ЛГИТМиКа. Как и все эмигранты, я долгое время работала, где придется, жила, как придется. А по ночам придумывала спектакли и мечтала о своем театре. Английского языка у меня не было никакого, денег на образование тоже. Я решила освоить язык сама. Каждый вечер учила 30 новых слов, а днем пыталась их все употребить. Так потихоньку и выучила.

Название вашей театральной кампании – Bluebird Arts – это отсылка к знаменитой пьесе Метерлинка «Синяя птица»?

Если честно, в выборе названия для театра мне помогла моя лучшая подруга. Она сказала: «Как назовешь, так и полетит». Я подумала: «Полетит! Полетит!» Назову «Синяя птица». Это принесет театру удачу. Так что, без Метерлинка не обошлось.

«Старший сын» – пьеса Вампилова, написанная им в уже далеком 1967 году. Почему ваш выбор пал именно на нее? Как вы думаете, почему эта пьеса будет интересна театральным зрителям сегодня?

Пьеса «Старший сын» будет современна всегда. Там речь идет о любви, о красоте человеческой души, о порядочности. Это было важно раньше и, я надеюсь, будет важно во все времена. В мире слишком много воинственно настроенных людей. Хочется как-то остановить эту агрессию.

Когда вы читали пьесу со своими актерами, какова была их реакция – было ли им интересно? Приходилось ли им что-то объяснять дополнительно?

Актерам пьеса понравилась. Про отношения между героями им было все более или менее понятно. И, конечно же, возникло множество вопросов. О России, ее жителях, о том времени, о традициях, культуре, привычках…

В этом спектакле я соединила две труппы. У меня играют два русских актера – Борис Кофман и Анатолий Непокульчицкий – и шесть американских. Я их всех очень люблю и благодарна им за тот нелегкий труд и за теплую атмосферу, которая всегда царит в нашем репетиционном зале.

Не возникало ли у вас то, что сейчас принято называть «трудностями перевода»?

С трудностями перевода сталкиваемся постоянно. Это неизбежно.

«Старший сын» ставится на английском языке. Есть ли у вас планы выпустить этот спектакль на русском с русскоязычным составом актеров, как вы это делали в прошлые годы?

Конечно, хотелось бы поставить эту пьесу с русским составом, если найдем подходящих актеров на все роли. Ну и, конечно, если зрителям понравится английский вариант.

Как изначально у вас возникла идея ставить спектакли с двумя составами актеров?

Мне хотелось сделать что-то хорошее для своих соотечественников. Не все из них в совершенстве владеют английским и поэтому не имеют возможности насладиться американской драматургией. А американских зрителей интересует то, что происходит в русской драматургии. Вот так и появилась “синяя птица”.

Я благодарна судьбе за то, что все так случилось. У меня появилась возможность познакомиться с интереснейшими людьми. Как будто я смотрела на мир в щелочку и вдруг передо мной распахнулось окно.

У вас есть опыт режиссерской работы как в Америке, так и в России. Кроме того, вы преподаете на театральном факультете University of Illinois at Chicago. Чувствуете ли вы разницу в подготовке актеров в Америке и России?

Разница в подготовке актеров, конечно, есть. В России педагог набирает курс и ведет его четыре года до диплома. А в Америке в университете есть шесть педагогов актерского мастерства, и у студентов есть возможность учиться у каждого их них. То есть каждый семестр преподает новый педагог. Мне такая система очень нравится.

С кем работается легче?

С актерами талантливыми, смелыми и не ленивыми.

И не могу не задать этот вопрос – есть ли у вас любимые актеры, с кем бы вы с удовольствием работали из спектакля в спектакль?

Любимые актера у меня есть, и этот список увеличивается с каждым спектаклем. К сожалению, многие из них живут не в Чикаго, и у меня есть возможность общаться с ними только виртуально. Но их список оглашению не подлежит. (Улыбается).

Премьера уже состоялась, был аншлаг, публика прекрасно приняла спектакль, в соцсетях были отличные отзывы, но мы все равно, хоть и с небольшим опозданием, по традиции желаем вам и вашим актерам ни пуха ни пера или “break a leg”!

На ваше “break a leg”, отвечу: “К черту!” Спасибо за ваше внимание к нашему театру. Ждем на спектакле!  


Спектакль будет идти до 22 декабря в помещении Athenaeum Theatre, Studio Two, 2936 N. Southport Ave., Chicago. Подробное расписание и билеты здесь

 

Previous post

Канадский бизнес-джет Bombardier Global 7500 полетит со скоростью 1040 км/ч

Next post

«День и Ночь» Анны Нетребко