PeopleCover story

Интересная жизнь Олега Фриша

Олег Фриш певец, журналист, шоумен, телерадиоведущий и, как называют его друзья-артисты, «ходячая музыкальная энциклопедия». Олег вырос в семье профессиональных музыкантов, а в 17 лет взбудоражил весь Советский Союз музыкальными психологическими шоу, во время которых угадывал и исполнял на сцене песни, загаданные зрителями в зале. На тот момент Олег вряд ли мог догадываться, что будет жить и работать в Нью-Йорке, блистать на радио и телевидении, работать с артистами, на чьих песнях он вырос, и летать на частном самолете Джеймса Брауна – чтобы сделать с ним интервью. Об этом и многом другом – в нашем сегодняшнем интервью.

Олег, когда вы впервые смогли назвать себя “артистом”?

В лет 5, наверное. Мы с родственниками поехали на море. Я собрал вокруг себя всех и торжественно объявил: «А сейчас для вас будет петь Эдита Пьеха. Я – артист и буду петь ее голосом!» А в 17 лет я начал выступать с психологическими опытами на эстраде, и тогда уже на афишах писали «артист оригинального жанра Олег Фриш».

Какую песню Пьехи тогда спели?

«Мой сосед», конечно! Это была ее самая популярная песня того летнего сезона.

В одном интервью вы как-то упомянули фразу вашего отца: “Ты плохо поешь. Не пой”…

Папа был серьезным музыкантом. Он долго не признавал эстрадное пение. Для него образцами эстрады были Юрий Гуляев, Муслим Магомаев, Дмитрий Гнатюк, то есть оперные певцы, шагнувшие на концертную сцену. Он был моим первым педагогом по вокалу, так как я пел в его хоре «Чайка» в Запорожском Дворце Пионеров. Он знал все мои плюсы и минусы. Уже потом я начал заниматься с педагогами по джазовому вокалу, и до сих пор хожу на уроки. Папин принцип – петь так, чтобы не было стыдно после концерта – я помню до сих пор.

А вам когда-нибудь было стыдно после концерта?

Только когда ради съемки для телевидения нужно было пару раз петь под фонограмму. Для меня это всегда душевная фальшь, потому что энергия в записи никогда не совпадает с энергией в момент выступления, и мне всегда кажется, что народ чувствует эту фальшь.

А вообще за какие-нибудь поступки стыдно?

В общем нет. Хотя… в детстве я брал у родителей деньги на школьные завтраки, всю неделю их собирал, а на выходных покупал грампластинки. Мама ничего об этом не знала и была уверена, что я регулярно пью школьное молоко и ем булочки. А завтраки были невкусными, и это помогло мне начать коллекцию грамзаписей.

Музыка вместо еды?!

Я никогда не делал культ из еды. Ну не выпил школьное разбавленное молоко – все к лучшему!

Screen Shot 2016-03-17 at 2.27.57 PM

Кто повлиял на ваш подход к музыке? Семья, друзья, страна?

В первую очередь, семья: родители – музыканты. Мы с ними регулярно посещали зал филармонии, театры, как-то даже специально ездили с мамой в Москву, чтобы сходить в Большой Театр и в цирк. Уже когда я учился на факультете романо-германской филологии в Калининском Университете, мы с друзьями слушали много американской музыки, мелодий из мюзиклов и голливудских фильмов. В Америке, конечно, слушают совсем другую, чем в России, музыку.

На какой музыке вы выросли? 

На советском и европейском ретро – на мелодиях 50-60-х годов. Моими кумирами были Аида Ведищева, Тамара Миансарова, Гюлли Чохели, Катарина Валенте, Валерий Ободзинский, квартет «Аккорд», Эмиль Горовец – все те, кто пел западную музыку. В СССР была очень разнообразная по жанрам эстрада – от Эдиты Пьехи и Ларисы Мондрус до квартета «Гая» и оркестра Константина Орбеляна. Одним словом, было, кого послушать! Из американских я с детства люблю Бренду Ли, Эллу Фицджеральд, Тони Беннетта, Бадди Греко. Очень позитивные ребята!

Кого из современных музыкантов вы могли бы выделить?

В России есть несколько молодых музыкантов, которые мне нравятся – Андрей Цветков, Мариам Мерабова, Этери Бериашвили, Витольд Петровский…а из англоговорящих – Джордж Майкл, Шаде, Бобби Мак Ферррин, Леди Гага, безусловно.

Как думаете, почему Леди Гаге удалось завоевать сердца публики?

Потому что она, прежде всего, – суперталантливый человек. Она роскошно чувствует себя в разных и несовместимых жанрах. Мало кто из поп-певцов умеет петь и свинг, и романтические баллады, и полифонические дуэты… Плюс ее образы, умение сконцентрировать на себе огромную аудиторию. Ее дуэтный альбом с Тони Беннеттом просто шикарен. Они, помимо замечательной музыки, сделали точный обмен фанатами: Гага получила публику старшего поколения, а Тони – аудиторию помоложе, которая теперь знает, что кроме Гаги есть еще и Тони Беннетт!

Screen Shot 2016-03-17 at 2.27.44 PM

В дУше поете?

[Улыбается]. Нет. Тонкие стены позволяют соседям слушать меня бесплатно! А я, как профессионал, не могу этого допустить.

Если посмотреть на всю вашу карьеру в целом, то на какие этапы бы ее разбили?

На два – в СССР и в США. В Москве я работал в Росконцерте и гастролировал со своими концертами, параллельно занимаясь журналистикой и историей эстрады и цирка. В Нью-Йорке я продолжил все это, только вместо журналов и газет появились радио и телевидение, плюс джазклубы и театры.

Что было характерно для каждого этапа?

Благодаря гастрольной работе я получил уникальную возможность увидеть практически весь огромный СССР. Никогда в жизни я бы сам не полетел в Биробиджан, Читу или Великий Устюг. Благодаря работе для журнала «Советская Эстрада и Цирк», а также для радио, я познакомился и подружился с самыми любимыми тогда артистами, музыкантами, режиссерами. Мы до сих пор общаемся со многими из них – с Галиной Ненашевой, Еленой Камбуровой, Натальей Варлей, Тамарой Миансаровой…..многих уже, к сожалению, нет… Те же плюсы – в моем американском периоде. Я путешествую, встречаюсь с интересными людьми, провожу интервью, узнаю много нового. У меня интересная работа и очень интересная жизнь! Хотя есть и минусы. Для того, чтобы быть на экране или на сцене, нужно быть в форме. Строгий режим…ранний подъем…диета…Часто хочется просто отоспаться, а такой взможности нет. Приходится жертвовать комфортом ради работы. Но она того стоит!

За что вы больше всего благодарны судьбе?

За случайность. Я убежден, что все в моей жизни происходило по воле случая: работа на эстраде, встречи с легендарными советскими и американскими артистами, работа на телевидении и на сцене. Все ведь могло сложиться по-другому!

Можете вспомнить самую случайную случайность?..

Это было в Цюрихе. Я ждал пересадку на рейс в Нью-Йорк, сидел в аэропорту и смотрел концертные видео в своем компьютере. Я не заметил, когда подошли две немолодые дамы и сели рядом со мной. Одна из них, увидев, что у меня на экране, незаметно толкнула свою подругу, а потом они спросили, знаю ли я певицу, чье видео я смотрел в тот момент. Я ответил, что не только знаю, но и обожаю, потому что вырос с ее песнями и как телеведущий давно мечтаю сделать с ней интервью. Вторая женщина достала из сумочки диск и протянула его мне. Когда я посмотрел на обложку диска, на экран своего компьютера и на нее, меня прошиб пот. Передо мной сидела легендарная Катарина Валенте!

Screen Shot 2016-03-17 at 2.28.27 PM
Как журналист и телеведущий вы делали интервью со многими знаменитостями… Какое далось тяжелее всего?

Труднее всего… Любые интервью с русскими артистами. От них сложно добиться искренности, открытости. Они продолжают вне сцены жить в своем сценическом образе. В этом я чувствую фальшь. С американскими артистами всегда легко. У них – реальные истории, всемирные хиты, всегда с улыбкой. Для них телевидение -это часть бизнеса. Больше всего запомнились интервью с самой загадочной певицей мира Имой Сумак и с Джеймсом Брауном. Има Сумак принимала меня в своем доме под Лос-Анджелесом, и я до последней минуты не верил, что увижу ее в реальности (потому что много лет ходили слухи о том, что ее давно нет с нами). А Джеймс Браун прислал свой самолет, на котором я слетал к нему в гости в Атланту. Разве это можно забыть?!

Как думаете, почему такая колоcсальная разница между американскими и русскими артистами?

Весь вопрос в отношении к профессии. В это понятие входит отношение к прессе, к музыке как бизнесу, умение создавать что-то значительное, а не размениваться на пустяшные песенки-однодневки, умение общаться и работать вживую, по-взрослому. Мало кто из российских артистов знает английский, умеет общаться с аудиторией (опять же, имитация пения не позволяет расслабиться на сцене, потому что по программе – следующая записанная фонограмма), занимается вокалом, сценической речью, умеет сочинить подводки, репризы и рассказывать истории. Американцы более расслаблены, у них всегда есть заготовки конферанса, и у тех, кого знает весь мир, всегда есть пара-тройка настоящих мировых хитов. В России такой статус, наверное, есть только у Аллы Пугачевой. Ее творчество значительно. Остальные – из другого по уровню эшелона, причем кассовые сборы к профессии не имеют никакого отношения.

Вы сделали карьеру и на телевидении, и на радио. Где вам комфортнее?

Комфортнее, наверное, на радио. Там не нужны грим, прическа и костюмы. Там должна присутствовать только магия голоса. Но телевидение дает узнаваемость, а это важно для нашей профессии. Я одинаково люблю и радио, и телевидение.

Если бы вы смогли обладать суперсилой, какой бы она была?

Способность воздействовать на людей, чтобы сделать их добрее.

Думаете, недостаточно доброты в людях?

Недостаточно! Я привык наблюдать за людьми и вижу, как они недобры к окружающим. В России это больше ощутимо. Там могут обидеть старушку, пройти мимо, если старик просит помочь перевести его через дорогу… Причем чаще такими бывают молодые. Они живут в своем мире и не замечают того, что происходит у них под носом. Компьютеры и мобильные телефоны убивают внимательность и доброту к людям!

Oleg pic 5
Вы – требовательный человек?

Прежде всего я требователен к себе. Папа приучил меня к немецкой точности и порядку. Я не понимаю людей, которые опаздывают на встречу и при этом полагают, что все нормально. Меня задевает любая невнимательность к людям: будь то врач, который «отрабатывает страховку», или продавщица в магазине, которая не слышит просьб пожилых людей или детей. Я всегда требую от окружающих того же – обычной внимательности к себе и к людям. А потом уже и к работе.

Какой самый необычный комплимент вы когда-либо слышали и при каких обстоятельствах?

Энди Вильямс назвал меня «ходячей музыкальной энциклопедией». Услышать эти слова из уст великого певца было неожиданно и приятно. Это было за кулисами его театра во время нашего телеинтервью. Энди забыл песню, о которой шла речь, а я начал ее напевать… Но, наверное, самый необычный комплимент я услышал из уст Игоря Кио. Он назвал меня «поющим психом», то есть поющим исполнителем психологических опытов.

Про ваши психологические опыты было очень много написано… Но я до сих пор не могу понять, каким образом вы угадывали песни, которые задумали люди… В чем тайна?

Тайна в знании большого количества песен (примерно 15 тысяч песен на 25 языках) и умении считывать информацию по эмоциям и малозаметным движениям человека. Это называется идеомоторным актом. По этому принципу работали Вольф Мессинг, Михаил Куни, Лев Бендиткис… Просто я решил не только

выполнять задуманные зрителями действия, а связать их с отгадыванием энциклопедической информации – именами великих людей, городами и странами, датами исторических событий – и, учитывая мою любовь к музыке, исполнением задуманных песен.

И напоследок. Если бы вам сказали: «Олег, сейчас ты споешь последнюю песню и больше петь не будешь», – какую песню вы бы спели?

I Wish You Love

Previous post

Выжившие

Next post

Вызов